В последнем слове – еще раз хочу отметить, что виновным себя не признаю и преступления не совершал!

Со стороны уважаемого государственного обвинителя, я сегодня услышал такие доказательства моей вины, как: протокол очной ставки с Букато, показания Букато, данные им весной, а также явка с повинной Букато. Кроме того, доказательства вины подкрепляются «вероятностным опознанием» "по абрису" госпожой Белоглазовой, и подкрепляются «вероятностным опознанием» госпожой Севрюк, а также заявлением  государственного обвинителя о том, что «нельзя не верить» госпоже Белоглазовой, потому что тогда оскорбим честь и достоинство ее, как порядочного и честного человека!

Со своей стороны хочу сказать следующее:

По поводу протокола очной ставки с Букато: государственный обвинитель сказал: «если там что то делалось не так, почему не было замечаний?».

Замечания были, и я об этом говорил в суде! Но они не записывались следователем, а на мои замечания, следователь отвечал, что это были некорректные ответы Букато, поэтому он их не записал. Кроме того, протокол очной ставки проводился без присутствия адвоката, мне отказали в праве воспользоваться защитой, хотя я и просил дать мне возможность связаться с адвокатом. Мне отказали! Поэтому, я прошу суд, соотвествующим образом относится к этому протоколу!

Далее: явка с повинной Букато.

Вот господин государственный обвинитель, уважаемый, сам же заявил, что мы не можем рассматривать показания Букато, данные им как обвиняемым в период 2003-2004 годов, а можем рассматривать только тот массив показаний, которые он дал в этом году, в качестве свидетеля! Явка относится к его показаниям, данным в качестве обвиняемого! В этой связи, непонятно, как так государственный обвинитель, с одной стороны, говорит, что мы не можем обращаться к этим показаниям, с другой стороны  - обращается к ним, да еще и приводит их в качестве доказательства!

Следующее: «вероятностное опознание» Белоглазовой! Для меня это вообще нечто интересное и новое! Что это за понятие «вероятностное опознание»? Я не знаком с этим понятием! Я, когда учился, знакомился с теорией вероятностей в высшей математике, но с теорией вероятностей в уголовном кодексе – не знаком! И уточнил у профессиональных юристов – адвокатов, они тоже не знакомы с этой теорией!

Далее, «опознание по абрису»! Что это за опознание по «абрису»? Почему не по «ауре», или еще как то? Что это за примета такая? Тоже самое можно отнести и к, так называемому, «вероятностному опознанию» госпожой Севрюк.

Заявление о том, что «нельзя не верить» госпоже Белоглазовой, потому что «это может опорочить ее как честного и порядочного человека»!

Ну, а почему нельзя мне верить?  Как честному и порядочному человеку? Разве у обвинения есть, какие то доказательства моей непорядочности, нечестности? Кроме того, я скажу, что я человек слова! И все, кто меня знает, а это много людей, начиная с родных, близких, знакомых, сослуживцев, коллег по работе, бывших и настоящих, все могут подтвердить, что я человек слова, и никогда я не был уличен в такой низости как ложь!

Кроме того, прозвучали такие вещи в обвинительной речи, что я являлся другом Букато, и он, якобы, поэтому меня выгораживал раньше! Так вот, я никогда не являлся другом Букато. Не знаю, сознательно или случайно, ввел в заблуждение господин обвинитель, но этого нигде нет в материалах дела, ни я этого не говорил, ни господин Букато ни разу этого не говорил, и это подтверждают материалы дела! Если в материалах дела есть обратное – зачитайте эти материалы!

Далее, по поводу «неизменности» показаний потерпевшей и госпожи Белоглазовой:

Это тоже – явная ложь, потому, что показания менялись, и это подтверждается материалами дела. И  это, даже, не только в плане описания второго нападавшего, а и по описанию одежды показания менялись, и кроме того, между собой эти показания тоже не совпадают.

По поводу того, что Пшеничников являлся работодателем для нас всех, и мог быть каким то там заинтересованным лицом:

Он не был моим работодателем, в «Пантере» - я вообще никогда не работал, где он являлся директором, а работал, какое то время, в службе безопасности Эльдорадо, где он был не работодателем, а являлся заместителем начальника службы безопасности. И, кроме того, вы сказали, нельзя доверять его показаниям, как бывшему сотруднику правоохранительных органов, оперативному сотруднику, человеку с определенным типом  мышления. Но чуть раньше, в обвинительной речи, вы говорили, что сотрудники правоохранительных органов, оперативные сотрудники – это люди особые, «во многом лучше, чем многие люди с улицы», и нельзя не доверять их показаниям, потому что они по долгу службы призваны защищать закон и порядок! Разве не так, уважаемый обвинитель?

На основании всего вышеизложенного, я бы хотел просить суд, при вынесении решения, в первую очередь, основываться на букве закона, а не на предположениях и домыслах, как, собственно, и господин обвинитель сказал! И, также, основываться на нравственных  законах. И могу процитировать, так же, в ответ, Иммануила Канта, который сказал, что «высшим законом человечества – является внутренний нравственный закон человека».

У меня – всё!